социальные миссии

Артем Шадрин: Развитие социального предпринимательства будет опережать общие темпы роста экономики России

1

 

Среди основных тенденций развития современного общества одно из главных мест занимают те, которые связаны с переходом ряда функций, традиционно реализуемых социальными институтами  государства, к бизнесу. О проблемах социально ориентированного бизнеса России рассказывает Артем Шадрин – директор Департамента инновационного развития Министерства экономического развития РФ. 

 

– Социальное предпринимательство в России стало развиваться совсем недавно. Как вы оцениваете ситуацию в данной сфере?

– Строго говоря, нельзя сказать, что социальное предпринимательство начало развиваться совсем уж недавно. В частности, к социальному предпринимательству относится такое направление, как микрофинансирование, которое оказывает поддержку индивидуальным предпринимателям. Уже не первый год наше министерство оказывает поддержку микрофинансовым организациям через субсидии субъектам Российской Федерации, которые получают поддержку из региональных бюджетов.
Второе направление, которое относится к социальному предпринимательству – это создание рабочих мест для инвалидов, людей, находящихся в трудной жизненной ситуации. Такую функцию реализуют как крупный бизнес, так и субъекты малого и среднего предпринимательства, поддержка которым также может оказываться в рамках программы нашего министерства.

 

В этой программе существует два критерия отнесения предприятий к числу субъектов социального предпринимательства. Во-первых – обеспечение занятости инвалидов, лиц, находящихся в местах заключения, многодетных матерей, которые сталкиваются со сложностями при устройстве на работу. В этом случае те рабочие места, которые создаются предприятиями, создают дополнительные позитивные внешние эффекты, которые, можно сказать, и отличают именно социальные предприятия от просто предприятий.

 

Второе – это функция оказания услуг в социальной сфере, которые востребованы населением и которые дают дополнительный социальный эффект. Такие как, например, изготовление протезов, специального реабилитационного оборудования для инвалидов, оказание услуг социальной помощи населению, услуг образования, издание книг для детей и т. д.

 

Позитивный общественный эффект от такой деятельности очевидно больше, чем, например, от торговли подакцизными товарами. Социально ориентированные предприятия создают рабочие места, платят налоги, но при этом они создают возможность приобретения услуг, товаров, которые бы без них не были оказаны незащищенным слоям населения.

 

– Какова сейчас ситуация в регионах с точки зрения поддержки социальных предпринимателей?

– Деятельность органов власти по поддержке социального предпринимательства очевидна. Один из лидеров в данном направлении — Омская область. Не первый год социальный бизнес в приоритетных направлениях для региональной администрации, проводятся ежегодные конференции, реализуются соответствующие программы. Татарстан, Красноярский край, ряд регионов работают здесь достаточно активно.

 

Можно говорить о двух инструментах поддержки. Это прямые субсидии малым предприятиям, до ста тысяч рублей в первый год деятельности, до трехсот тысяч во второй-третий годы деятельности социальных предприятий.

 

Второе направление поддержки – это деятельность Центров социальных инноваций. Они создаются в регионах при активной поддержке нашего министерства и Агентства стратегических инициатив. Регионы могут получить субсидии на деятельность таких центров в рамках программы поддержки малого и среднего предпринимательства.

 

– Как вы можете оценить роль крупного и среднего бизнеса в поддержке социального предпринимательства?

– Фонд «Наше будущее», созданный Вагитом Алекперовым, президентом компании «Лукойл», – это пример системной благотворительности, которая ориентирована не просто на раздачу денег, а на создание институтов, которые обеспечивают экономические условия для поддержки социально уязвимых слоев населения. Фонд обеспечивает льготное финансирование проектов, которые носят возвратный характер, они коммерчески окупаемы, но при этом как социальное предпринимательство развивают территорию, на которой они базируются. Например, удаленные населенные пункты, где экономическая деятельность не такая активная, как хотелось бы. Благодаря проектам фонда они развиваются.

 

Фонд оказывает эту поддержку на конкурсной основе. Сначала он действовал в ограниченном числе регионов, теперь во всех регионах России. Этот проект поддерживается нашим министерством уже не первый год. Мы считаем важным, что эта инициатива привлекла внимание руководителей предприятий страны к этому направлению деятельности. Газпромбанк развивает программу льготного кредитования такого рода проектов.

 

Фонд «Наше будущее» – это пример системной благотворительности, которая ориентирована не просто на раздачу денег, а на создание институтов, которые обеспечивают экономические условия для поддержки социально уязвимых слоев населения.

 

– Есть ли инновационная составляющая в социальном предпринимательстве?

– Пример: возьмем изготовление современного реабилитационного оборудования – это технологическое направление деятельности. Все больше – на стыке с робототехникой.

 

Министерство промышленности и торговли недавно обратило особое внимание на это направление деятельности, им готовится ряд мер по его поддержке. В Агентстве стратегических инициатив недавно проходило совещание по этому поводу. Спрос на такого рода продукцию большой, она заметно повышает качество жизни людей с инвалидностью.

 

– Что сдерживает развитие социального предпринимательства в нашей стране? В чем состоят основные риски социального предпринимательства?

– На мой взгляд, не всегда социальные предприятия заметны для социальных служб регионов, которые отвечают за решения социальных задач. С другой стороны, не всегда приоритетность данного вида экономической деятельности очевидна для тех, кто отвечает за развитие предпринимательства в регионах. А нужно, чтобы учитывалась синергия социального предпринимательства, чтобы эти предприятия поддерживались и социальными службами, и бизнес-сообществом, были отнесены к числу приоритетов в развитии экономики и социальной сферы регионов. Однако в настоящее время региональные социальные министерства не всегда используют существующий инструментарий поддержки социального предпринимательства, а для тех, кто занимается поддержкой бизнеса, социальное предпринимательство не всегда является приоритетом.

 

– Как эта проблема решается в настоящее время?

– Через субсидии, распределяемые согласно нашей программе поддержки малого предпринимательства, мы обращаем внимание регионов на решение этих задач. Конечно, это эволюционный путь. С одной стороны, нужны предпринимательские инициативы, которые нужно и можно поддерживать. С другой, нужно повышать эффективность деятельности по развитию соответствующей инфраструктуры. Далеко не во всех регионах существуют Центры социальных инноваций. Здесь есть направления для дальнейшего развития. Мы будем этим заниматься.

 

– Как вы думаете, сколько должно пройти времени, прежде чем социальное предпринимательство в нашей стране станет системным явлением, неотъемлемой частью народного хозяйства? Каковы перспективы развития социального предпринимательства?

– Перспективы хорошие, так как есть люди, готовые этим заниматься. Расширяется понимание и у региональных органов власти, и у крупных компаний того, что это приоритет устойчивого развития территорий и одновременно – социальное предпринимательство помогает в достижении целей развития социальной сферы. Я считаю, что динамика развития этого направления будет расти опережающими темпами по отношению к росту экономики, именно потому, что оно позволяет значимо продвинуться в решении социальных задач.